(495) 915-72-81
Центр детской книги
Библиотеки иностранной литературы

Николай Попов

Заслуженный художник России (1998).
Родился в 1938 в Саратове.

Окончил МГУП в 1962. Член МОСХ с 1967, член Российской академии графического дизайна с 1995. Читал курс "Композиция" в Высшей академической школе графического дизайна.

До 1970-х занимался станковой графикой, анимацией, сотрудничал в журнале "Знание-сила", основные книжные работы относятся к 1970-1980-м годам.

Известность к Попову приходит с выходом проиллюстрированного им "Робинзона Крузо" Д.Дефо (1972).

Лауреат двух золотых медалей Международной выставки искусства книги (IBA) в Лейпциге (1971, 1977). Гран-при (1975) и золотая медаль (1981) Международного биеннале иллюстрации (BIB) в Братиславе, серебряная медаль Академии Художеств СССР (1991), Международная премия критики «Лучшая книга года» (Брюссель, 1996) и множество других наград.

Живет и работает в Москве.

***

Николай Евгеньевич Попов – легендарная фигура в книжной графике. И не только потому, что почти каждая его работа удостаивалась самых высоких наград, как отечественных, так и международных, а и потому, что уж точно каждая вызывала оживленные обсуждения и споры.

Среди наград Николая Попова – две золотые медали Международной выставки искусства книги (IBA) в Лейпциге (1971, 1977). Гран-при (1975) и золотая медаль (1981) Международного биеннале иллюстрации (BIB) в Братиславе, серебряная медаль Академии Художеств СССР (1991), Международная премия критики «Лучшая книга года» (Брюссель, 1996) и множество других. Это – «официальные регалии». Они почетны и заслуженны. Но не менее важно и то огромное «общественное признание» - т.е. уважение коллег-художников и восхищение читателей и зрителей - которые укрепляла каждая новая работа мастера.

В чем же секрет подобного успеха? Николай Попов пришел в книжную графику в 60-е годы. Т.е. так можно было бы сказать, если просто судить по фактам биографии – в 1962 году Попов окончил Московский Полиграфический институт, а оттуда уж была прямая дорога в издательства. Но молодой выпускник туда почему-то не спешил. Первая полновесная книжная работа Николая Попова вышла лишь в начале 70-х. Неужели художник «проморгал» такое яркое и плодотворное время, как легендарны шестидесятые? Ведь в те годы в книге совершались удивительные перемены! После удушающего засилья соцреалистического официоза, вдруг в книгу ворвался воздух перемен – свобода творчества (пусть и относительная), возможность эксперимента (пусть и ограниченного) и право на собственный авторский стиль. Особенно ярко эти перемены отразились в детской книге. Сколько знаменитых ныне художников родом именно из того десятилетия: Геннадий Калиновский, Лев Токмаков, Евгений Монин, Май Митурич – вот лишь некоторые имена тех, кто изменили «лицо» детской книги, вернули в нее радость игры и полет фантазии.

А Николай Попов в эти годы был увлечен совсем иными вещами – занимался станковой графикой, анимацией, работал художником в легендарном журнале «Знание-сила», путешествовал и охотился, наконец. Можно ли сказать, что он накапливал опыт? Несомненно. Иначе бы не было такого стремительного взлета: первая книга – и сразу признание, пусть не лавровый венок, но интерес и уважение: появился новый мастер, со своим стилем, со своим видением.

Впрочем, до первой книги были еще и замечательные графические циклы к рассказу Андрея Платонова «Река Потудань» и повести Ф.М.Достоевского «Неточка Незванова» (1971), которые, увы, так и не воплотились в самостоятельные издания. Но уже в них сказались два важнейших качества, свойственных всем работам Николая Попова: высочайшее профессиональное мастерство, умение работать в самых сложных художественных техниках, и свой оригинальный взгляд на «материал», новое неожиданное решение каждой темы.

И становится ясно, что этот прорыв был бы невозможен без десятилетия поисков, потому что именно они позволили Попову перешагнуть традиционные рамки иллюстрации, когда художник выступает либо как комментатор текста, либо, позволяя себе большую свободу, предлагает «вариации на тему». Попов же, в каждой своей работе, не оттесняя автора и не умаляя замысел писателя, создает свое собственное действо, свой собственный параллельный мир, где все уже подчиненно его – и только его – законам. Работы художника по способу прочтения близки к театральным постановкам, которые, в отличие от киноэкранизаций, лишены давящей навязчивости. Ведь в театре, каждый зритель – участник, он как бы играет свой спектакль, черпая вдохновение в том, что происходит на сцене. Николай Попов создает для нас творческое пространство, выводит на сцену персонажей, и даже режиссирует «представление», но и нам остается свобода для собственных интерпретаций, аллюзий, впечатлений, эмоций. Это и увлекательно, и ответственно. Книги Попова требуют от читателя талантливого вдумчивого прочтения, работы мысли и воображения.

Именно так был срежессирован Николаем Поповым его знаменитый «Робинзон Крузо» (1972). Классическое произведение, как правило, сопровождают и классические иллюстрации, часто создающие жесткий канон, который определяет на годы вперед границы возможных художественных толкований. Большинство иллюстраторов романа Даниеля Дефо вольно или невольно следовали за знаменитым Гранвилем, последовательно изображая эпизод за эпизодом так, как они были описаны автором.

Д.Дефо. Жизнь и приключения Робинзона Крузо. М., 1972.
Литография, акв., тушь.

Однако Николай Попов, взявшись за эту работу, резко сменил точку обзора – теперь иллюстратор и читатель следили за приключениями и злоключениями героя не со стороны, а словно бы оказались «в шкуре» персонажа (да, простится мне сей невольный каламбур – ведь Робинзон и сам ходил в шкурах). Художник сочинил дневник Робинзона – полный удивительных деталей, пояснений, зарисовок и чертежей. Робинзон у Попова, как бы рассказывал, но уже рисунками, о том, что с ним произошло. Так классическая книга получила дополнительное измерение, словно сработал эффект многоразового отражения в зеркалах - история Робинзона раздалась в ширь, приобретя дополнительный размах, и вглубь, получив дополнительную содержательную значимость. И, удивительное дело: с одной стороны художник уточняет детали и обстоятельства уже хорошо знакомой нам книги, но с другой – такая наглядная конкретизация, нисколько не сковывает нашу фантазию. Наоборот, мы вместе с Робинзоном постигаем новый, неожиданно открывшийся ему мир, и вместе с ним пытаемся выжить в экстремальных обстоятельствах, призывая на помощь собственный опыт и знания, воображение и житейскую сметку. «Сидящая в каждом из нас с детства потребность жить творчески не удовлетворяется жизнью в мире готовых вещей и привычных спасительных условностей, а хочет проявиться и проверить себя: «а каков я сам, что я могу своими руками в условиях первозданной природы», - писал о своей работе художник и добавлял. – В этом смысле мы все немножко Робинзоны» .

После «Робинзона», произведения сугубо реалистического, земного, Попов обращается к сказкам. Один за другим появляются тома арабских сказок «Тысячи и одной ночи» (1974), «Сказки и легенды Португалии» (1980), «Мифы, сказки, легенды Бразилии» (1987), и сборники коми-пермяцких народных сказок «Дверь на лугу» (1980) и русских потешек «Трынцы-брынцы бубенцы» (1983) - каждая книга со своей стилистикой, своим колоритом, своей атмосферой, своим настроением. И, я бы добавила, со своей мелодией.

Мифы, сказки, легенды Бразилии. М.: Детская литература, 1987.

Но хотя среди работ Николая Попова немало сказочных фантастических сюжетов, нельзя, не лукавя против истины, назвать его художником детской книги. Не случайно большинство работ Николая Попова публиковались в изданиях, адресованных, прежде всего, взрослым. Сказка по-Попову – больше, чем забавные безделицы. В них художника привлекает фольклорно-мифологическая глубина и фантастическая атмосфера. Мир сказок – арабских, бразильских, португальских, русских – всякий раз особое пространство, полное внутреннего напряжения, динамики и в тоже время раздумчивой протяжности. Николаю Попову удается добраться до исконной почвы, породившей сказочные сюжеты – до тех душевных движений народа, которые воплотились в самобытных фантастических образах. Сказа - это не только колдуньи и джины, но – и это главное - волшебный канал постижения мира. Однако стремление к миропознанию не сушит и не душит игровое начало сказочного фольклора – ведь в любой работе художника есть место юмору, иронии и доброй улыбке.

В тоже время, обращаясь и напрямую к детской аудитории, художник не подыгрывает маленькому читателю, а разговаривает с ним о том, что волнует его самого. Так родилась знаменитая книжка-картинка «Зачем?». Бессмысленная и беспощадная война мышей и лягушек может быть воспринята взрослыми, как антивоенная притча. Но как объяснить это детям? Для ребенка важно то, что он успевает полюбить забавных зверюшек и вжиться в уютную хрупкую атмосферу их сказочного мира, которую так легко разрушить. И когда на наших глазах происходит катастрофа – это прежде всего катастрофа эмоциональная, потеря чего-то очень дорогого и близкого, т.е. потеря не чужая, а личная. Не назидание, а эмоциональное переживание – вот основа этой книги. В «Зачем?» нет ни одного слова, но история в ней рассказанная, оказалась понятна взрослым и детям в самых разных странах. Книга была издана в 1996 году в Швейцарии и тогда же была признана «Лучшей детской книгой года», получив престижнейший «Приз немецкого радио». Русской аудитории она стала доступна лишь в 2010 году, когда эту знаменитую книгу переиздало издательство «Рипол-классик».

Н.Попов. Зачем? 1996
Н.Попов. Зачем? 1996

Книги Николая Попова издавались до обидного редко. И до боли плохо. Многое, как, например, цикл по поэме Александра Блока «Двенадцать», увы, так и осталось неизданным. Поэтому вышедший в 2010 альбом художника не следует воспринимать как ретроспективу творчества мастера, тем более, как подведение итогов, но - как возможность новых открытий.

Николай Попов. Живопись. Графика. Офорт. Литография. Иллюстрация. Артобъекты. Анимация.

Nikolai Popov. Paintings/ Drawings. Etchings. Litography. Illustrations. Artprojects. Animation. - Москва, 2010.

Благодаря «именному» альбому Николай Попов открывается нам как виртуозный график, создатель удивительных станковых циклов и как философ книги, каждая работа которого – самостоятельное размышление на предложенную автором тему, воплощенное в визуальных образах, метафоричных и емких. А еще - как создатель поразительных монументальных композиций и диковинных кукол для кукольного театра, да и просто – как волшебник, способный оживить и превратить – нет-нет: не в арт-объект: этаких умельцев сегодня немало! - а в произведение подлинного искусства и старый башмак и заржавленный железный утиль.

Работы Николая Попова, художника, столь решительно и виртуозно раздвинувшего границы книжной иллюстрации, по-прежнему воспринимаются как новаторские, они лишены патины застывшей классики и не только поражают и восхищают, но и вызывают споры – как и положено настоящему искусству.

© Ольга Мяэотс

Иллюстрации: fairyroom.ru, kidpix.livejournal.com

  en ru