(495) 915-72-81
Центр детской книги
Библиотеки иностранной литературы

Kathrin Schärer
Катрин Шерер

История Катрин Шерер (р.1969, Базель) - чудесный пример того, что всё в ваших руках.

Если вы считаете, что в какой-то области человеческой деятельности царит застой и разложение, то можно не только ворчать, а закатывать рукава и браться за дело: всегда есть шанс, что именно у вас получится лучше, чем у других. И, если задуматься, первая книга Катрин Шерер, может, и не родилась бы без китчевых историй про сладких кроликов, под которыми ломились полки всех окрестных книжных магазинов. Среди них она тщетно пыталась отыскать пасхальный подарок для племянницы, и через некоторое время, бросив безуспешные поиски, решила нарисовать книгу сама. Конечно, тогда у неё уже были и художественное образование, и художественный опыт, но так обычно и бывает: за удачным результатом всегда стоят годы и годы учёбы и работы.

Две первые её книги, написанные по мотивам известных детских песен, так и не удалось напечатать. Но многочисленные попытки «пристроить» их в издательство не были бесплодными: Катрин Шерер заметили, и в 2001 году – художнице было 32 года - в издательстве «Sauerländer» вышла «Bella bellt und Karlchen kocht» («Белла лает, а Карлхен готовит»). Рисованная история о том, как хозяйка и её собака поменялись ролями, сразу же принесла начинающему иллюстратору заслуженную известность.

Герои её книг в абсолютном большинстве - антропоморфные звери. Катрин Шерер убеждена, что лицу человека гораздо сложнее сохранить привлекательный вид, если рисовать на нём негативные эмоции, а мышки и свинки хороши даже во гневе и унынии. И это довольно необычная идея, ведь считается, что богатую людскую мимику невозможно превзойти. Но подвижные и «говорящие» хвосты, уши, перья и шерсть позволяют добиться такой выраженности эмоций, что они считываются зрителем почти мгновенно.

Катрин Шерер смогла избежать ловушек, в которые попадают художники двух противоположных лагерей. Одни из них рассчитывают, что достаточно лишь умильного зверя и книга обречена на успех – как раз так и возникает китч. Другие нарочито выпячивают свою неприязнь к первым и делают своих персонажей максимально несимпатичными, лишая тех особенностей, которые помогают зрителю им сопереживать. К счастью, Шерер нашла разумную середину.

Её герои милые, но при этом естественные. Они могут выглядеть нелепыми, смешными, глуповатыми, неуклюжими, полноватыми или долговязыми, поэтому нет ощущения того, что герой позирует или его поймали в самой выгодной для запечатления позе. Персонаж виден со всех сторон, и это даёт иллюзию оживления, «настоящести». Выбор интересных тем (темы страха, мужества, дружбы, непохожести и др.) усиливает эмоциональный отклик на её книги. Художница не только придумывает сюжеты сама, много лет она работает в гармоничном сотрудничестве с писателями Лоренцем Паули и Францем Хёхлером.

Катрин Шерер - поклонник анимации и кинематографа. Внимательный взгляд заметит то многое, что она почерпнула из этих видов искусства: и нестандартные ракурсы, и разнообразные планы, и вырезанных по контуру героев, и временные нарушения (мультиэкспозицию). “Широкий экран” книжных разворотов только усиливает сходство. Пожалуй, максимального сближения с мультипликацией Катрин Шерер достигает в блестящей по исполнению авторской книге «Johanna im Zug» («Джоанна в поезде», 2009). Здесь она использует приём заигрывания иллюстратора с персонажем книги: главная героиня Свинка Джоанна общается со своим создателем-иллюстратором, и он, по её желанию, постоянно меняет мир вокруг. В театральной критике и кинокритике похожий приём, при котором ломается воображаемая перегородка между актёрами и зрителем, называют “прорывом четвёртой стены”.

“Мне нравится искусство кинематографической смены планов, перенесенное в книжку-картинку. Себя я вижу одновременно режиссером, оператором, декоратором и костюмером. Я люблю менять фокус камеры от общего плана до приближения, чтобы усилить драматическое напряжение: от вида сверху до вида снизу, в зависимости от текста или персонажа и его настроения, которые демонстрируются в данный момент”.

Она работает в двух техниках: с использованием коллажа и без. В первом случае герои вырезаются отдельно из коричневой бумаги, а потом прикрепляются к фону. Эту технику она использует чаще: так как остаётся возможность вносить изменения в иллюстрации, тщательно прорабатывая ритм. Во втором случае фон и герои неотделимы. Фигуры грунтуются коричневой тушью, а пушистая шерсть дорабатывается цветным карандашом или пастелью.

Катрин Шерер не только иллюстратор детских книг. Она преподаёт изобразительное искусство в логопедической школе, и её будущие зрители и читатели постоянно находятся рядом с ней. Возможно, это один из тех художественных секретов, которые помогают ей лучше понимать чувства и потребности тех, для кого она рисует.

© Анна Штейман, 2014

***

Интервью с иллюстратором Катрин Шерер: как сделать книжку-картинку

Для всех тех, кто мечтает стать художником-иллюстратором или просто хочет попробовать сделать свою собственную книжку-картинку: читайте интервью с Катрин Шерер, которая подробно рассказывает о том, как рисунки и текст соединяются в книге.

Откуда берутся идеи ваших книг?

Я наблюдаю за житейскими сценами, людьми, животными, замечаю гротескные ситуации. Иногда идеи приходят из детских воспоминаний и часто из прочитанных мною книг, увиденных фильмов, плакатов, картин. Достаточно одного только предложения, одной сценки, одного настроения. В книжную мизансцену я больше всего люблю встраивать те пейзажи, предметы и образы, которые меня окружают, нравятся мне. Или использую цитаты из полюбившихся произведений искусства и фильмов как метафоры настроения книги.

Что первично, текст или картинка?

Если я сама придумываю текст, то сначала я записываю его карандашом, а потом перепечатываю на компьютере, сразу же разделяя на развороты. Но до того как я начинаю записывать, в голове у меня есть рисунки: я пишу то, что позже собираюсь нарисовать. Когда текст мне предлагает издательство, обычно он еще совсем не отредактированный, но история готова прежде, чем я начну работать над рисунками.

Все разворачивается совсем по другому сценарию, когда текст пишет Лоренц Паули. За долгие годы нашей совместной работы между нами выработалось доверие и единство мнений: для меня это исключительный случай. Часто мы разрабатываем идею в предварительном разговоре, еще до того, как Лоренц начнет писать текст, и я могу влиять на выбор главных героев. Читая почти каждый текст Паули, я чувствую, что он написал его именно для моих образов и рисунков.

Как возникает книжка-картинка?

Я внимательно читаю весь текст, закрываю глаза, и прокручиваю у себя в голове всё это как фильм. Если текст хороший, большинство иллюстраций придумывается сразу.

На дешевой переработанной бумаге формата А4 я делаю карандашом маленькие эскизы размером примерно с лист А6. Это быстрые «каляки» и наброски будущей композиции рисунка, в которых я пока не прорабатываю детали, не развиваю образы героев. Потом на листе А4 я мягким карандашом более тщательно прорабатываю эскизы. С помощью этих эскизов мы вместе с редактором выбираем формат книги. Обычно в книжке-картинке 13 разворотов и передний и задний форзацы. Из эскизов и текста создается раскадровка (тетради с постраничными эскизами или файл pdf с текстом, по которым станет понятно, какую часть страницы занимает текст).

После первых отзывов редактора и ответов на них начинается процесс превращения карандашных рисунков в цветные. Я работаю в двух техниках. При первой я грунтую фигуры персонажей коричневой тушью, оформляю фон разноцветной тушью и затем закрашиваю фигуры героев цветным карандашом или пастелью. Так получается пушистая шерсть и самые тонкие волоски на ней.

Вторая техника – коллаж. Я рисую фигуры героев цветным карандашом и пастелью на коричневой бумаге (это придает шерсти приятный теплый тон, а светлые цвета выглядят очень красивыми). Потом я их вырезаю, но не очень аккуратно, раскладываю на тонкой клейкой пленке и еще раз вырезаю с помощью скальпеля. Фон я делаю из разноцветной бумаги, обрабатывая ее тушью и мелком. Эта техника позволяет до самого конца работы вносить изменения в иллюстрацию. Я могу передвигать вырезанные фигуры туда и сюда, экспериментировать с разными фонами и менять те страницы, которые не так хорошо вписываются в макет книги. Переход от страницы к страницы должен быть захватывающим, должен соответствовать содержанию книги и настроению персонажей.

Мне нравится, когда из кино в книжку-картинку переносится прием смены планов. Себя я вижу одновременно режиссером, оператором, строителем декораций и костюмером. Я люблю менять угол зрения от общего плана до приближения: это усиливает драматическое напряжение; от вида сверху до вида снизу, в зависимости от текста, персонажа и настроения персонажа, которые показываются в данный момент.

Иллюстрации обсуждаются с редактором и автором и перерабатываются. После этого моя работа закончена. Картинки сканируются, верстальщик вставляет текст, после пробной печати вносятся последние корректуры по цвету. Печатаются уже сшитые (сложенные и согнутые) предварительные экземпляры книги, которые берут с собой на встречу с книгопродавцами представители издательства. Книгу печатают на больших печатных листах, разрезают, переплетают, склеивают и доставляют в книжный магазин в соответствии с заказом. Там, если мне повезет, книгу хорошо выставят на полке, а если мне повезет еще больше, вы увидите там эту книгу и прочтете ее.

Как долго длится работа над книгой?

Со всеми предварительными обсуждениями и размышлениями примерно от одного года до двух лет. Сама работа над иллюстрациями – от четырех до пяти месяцев.

Как вам пришла в голову идея стать иллюстратором?

Я уже в детстве очень любила рисовать и в течение восьми лет занималась с частным преподавателем живописи и рисунка. Когда моей племяннице было четыре года, я хотела подарить ей на Пасху книжку-картинку, но не могла найти такую, которая бы мне действительно понравилась, поэтому я нарисовала ее сама. Я проиллюстрировала песню «Ohr verlore» («Потерянное ухо») группы «Stiller Has». Книга понравилась и моей племяннице, и мне. Так все и началось.

Я рассылала книгу по многим издательствам и получала лишь отказы. После я проиллюстрировала еще одну песню «Giraff unterem Bett» («Жираф под кроватью») группы «Lovebugs», текст которой написал Лоренц Паули. Так я познакомилась с Лоренцом – это стало началом прекрасной дружбы! Потом я самостоятельно написала и проиллюстрировала еще одну историю и с папкой отправилась на франкфуртскую ярмарку ходить от стенда к стенду. Это было сложно, было много отказов, но и интерес люди проявляли, удалось завязать знакомства. Вскоре (в 2001 году) в издательстве «Sauerländer» вышла моя первая книжка-картинка «Белла лает, а Карлхен готовит» («Bella bellt und Karlchen kocht»): так все и закрутилось.

Какое у вас образование? Как люди становятся иллюстраторами?

После школы я слушала начальный подготовительный курс в колледже дизайна в Базеле, а потом еще углубленный подготовительный курс «Пространство и тело». Потом в течение трех лет я посещала семинар «Преподавание изобразительного искусства» (это образование, которое позволяет стать учителем рисования). Там я научилась разным техникам, собственно ремеслу.

Иллюстрированию книжки-картинки я научилась в первую очередь благодаря практике и благодаря конкретной, очень полезной помощи в виде обмена идеями между мной и моим редактором. И в течение многих лет мои полки заполнялись книжками-картинками, которые мне нравились по разным причинам. Я многому научилась, изучая то, как мои коллеги оформляют страницы и используют разные техники.

Какая у вас любимая книжка-картинка?

Категории «самый лучший», «самый любимый», «самый крутой» мне не очень нравятся. Это зависит от настроения и темы. Я люблю очень разные стили. Но если мне непременно надо указать одно название, тогда это книга Вернера Хольцварта и Вольфа Эрлбруха «Маленький крот, который хотел знать, кто наделал ему на голову» («Der Maulwurf, der wissen wollte, wer ihm auf den Kopf gemacht hat»).

Почему вы чаще всего рисуете животных?

Мне важно по-разному показывать душевное состояние моих героев, и в случае с животными у меня намного больше возможностей изобразить их эмоции – это и висящие уши, и нахохленная шерсть, и оскаленные зубы, и закрученный в ужасе хвост. К тому же, есть большой выбор цвета и фактуры поверхности тела. И нет никакой проблемы с тем, какого герой пола: ребенок может сам решить, кто перед ним, мышь-мальчик или мышь-девочка.

Почему вы так часто рисуете мышей?

Благодаря их строению тела мышей можно изобразить так, чтобы они двигалась как люди. Они могут стоять на двух ногах, у них могут быть тонко вырисованные пальцы, которым они берут что-то в лапу. Это маленький зверь, в рассказе ему, возможно, придется противостоять большим животным, и дети могут отождествить себя с мышью. Ну и вообще, мне просто нравятся мыши.

Я написала историю и хочу сделать из нее книжку-картинку. С чего мне начать?

Сначала посмотрите на книжную полку или зайдите в книжный магазин. Составьте список подходящих вам издательств. Поищите в Интернете их адреса и разошлите вашу историю редактору. Потом запаситесь терпением. Издательства получают горы рукописей, и на то, чтобы прочитать их и ответить, уходит много времени. Если вы получите отказ, ищите счастья в другом издательстве.

Ко мне постоянно приходят вопросы от людей, которые хотят, чтобы я проиллюстрировала их текст. Это неправильный путь. Сначала нужно издательство, а потом уже в игру вступает иллюстратор. Издательства хотят участвовать в решении о том, кто будет иллюстрировать книгу, кто подходит для каталога их книг.

Оригинал интервью читайте здесь.

Перевод: Елизавета Прудовская, 2014

***

КНИГИ КАТРИН ШЕРЕР В ДЕТСКОМ ЗАЛЕ ИНОСТРАНКИ

Kathrin Scharer. Bella bellt und Karlchen kocht. Sauerländer, 2001.
Lorenz Pauli. Kathrin Scharer. Ich schmuck den Baum. Atlantis, 2005.
Lorenz Pauli. Kathrin Scharer. Mutig, mutig. Atlantis, 2006.
Kathrin Scharer. Die Stadtmaus und die Landmaus. Sauerländer, 2008.
Lorenz Pauli. Kathrin Scharer. Pippilothek??? Atlantis, 2011.
Kathrin Scharer.Johanna im Zug. Atlantis, 2011.


  en ru