(495) 915-72-81
Центр детской книги
Библиотеки иностранной литературы

Arthur Rackham
Артур Рэкхем

Рыцарь сказки

ХУДОЖНИК книги – загадочная профессия. Мастера этого хрупкого и деликатного вида искусства часто остаются в тени, уступая главенство писателю. Но если бы существовал звёздный список иллюстраторов, то английский художник Артур Рэкхем (1867–1939) по праву занял бы место звезды первой величины.

На рубеже XIX–XX веков книги с его иллюстрациями завоевали сердца читателей не только в Великобритании, но и во Франции, Германии, США. Иллюстрации Рэкхема нет-нет да и встречаются в книгах, изданных в разные годы в России. Вот буквально за последний год отечественный любитель книги смог познакомиться с его иллюстрациями к “Алисе в Стране Чудес” и “Питеру Пэну в Кенсингтонском саду”1. И хотя с момента создания этих иллюстраций прошло почти сто лет, они не воспринимаются как антикварная архаика, что в очередной раз доказывает: высокое мастерство всегда в цене, всегда современно.

Говорят, что, несмотря на мировую славу иллюстратора, Артур Рэкхем всегда сетовал, что не стал портретистом. Но кто напишет портрет самого художника? Попробуем в меру сил справиться с этой задачей.

Сначала, как полагается, – знаменитые предки. Читателей “Острова сокровищ” несомненно порадует тот факт, что свой род добропорядочные Рэкхемы вели от… пирата. Известно, что некий Джон Рэкхем был пиратом и командовал бригантиной, был схвачен в 1720-м и повешен на Ямайке. Может быть, именно от него Артур унаследовал любовь к приключениям и настойчивость в достижении цели?

А вот первый детский портрет Артура: мальчик с крепко зажатым в руке карандашом. Рисовать он начал рано, это всегда было его любимым занятием. Даже когда его отправляли спать, ухитрялся тайком проносить в детскую карандаш и листок бумаги и рисовал, пока за окном брезжил хоть слабый свет. Порой бумагу у мальчика отбирали, и тогда он рисовал… на наволочках.

Школа. Ну, тут много эскизов на полях. Обязательная школьная программа плюс ещё рисование, рисование, рисование. Но – удивительный поворот судьбы: родители замечают, что у сына слишком “деликатное” здоровье, и, чтобы укрепить его, отправляют со знакомыми в морское путешествие – в Австралию. В пути мальчик постоянно рисует акварельные пейзажи. По окончании школы – работа в страховой компании. Артур Рэкхем отдаёт себе отчёт, что занятия искусством не обеспечат его хлебом насущным, но не отказывается и от своей главной страсти. В лондонских газетах и журналах появляются его первые рисунки и карикатуры.

Конец XIX века часто называют “золотым веком” английской книжной иллюстрации. В это время творили знаменитые Рэндольф Кальдекотт, Уолтер Крейн, Кейт Гринуэй. Соперничать с этими мастерами – нелёгкая задача. Но Рэкхем и не соперничал. Его иллюстрации изначально отличались яркой своеобразной манерой, которой свойственна динамичность и упругость линий, изысканность цветовых решений и композиционное мастерство.

Начало нового, XX века принесло художнику первую настоящую удачу. Ему предложили сделать иллюстрации к сказкам братьев Гримм. Рэкхем всегда чувствовал собственную духовную близость с немецким искусством, и такой заказ не мог его не обрадовать. В этой работе Рэкхем показал, что в равной степени владеет искусством как чёрно-белой (он выполнил более сотни рисунков), так и цветной иллюстрации (число цветных иллюстраций увеличивалось с каждым новым переизданием и к 1909 году достигло 55).

Уже в этой первой работе Артур Рэкхем проявил себя как художник сказочный. Его увлекала волшебная фантастика, дававшая пищу его богатому поэтическому воображению. Но как бы далеко Рэкхем ни уносился в своих фантазиях, он всегда оставался верен автору и с большим вниманием, бережно и уважительно относился к тексту.

Позже почитатели и критики поставят художнику в заслугу то, что его иллюстрации сберегли и удивительным образом преобразили хрупкий мир сказок и легенд. На рубеже веков мир стремительно менялся, делался всё более рациональным, устремлённым в будущее. Рэкхем же, оставаясь романтиком, вновь и вновь звал читателей оглянуться, вспомнить, сохранить веру в чудеса, почувствовать драгоценную значимость нереального мира фей и эльфов, мира детской фантазии.

Но, создавая чарующие сказочные иллюстрации, населённые фантастическими персонажами, Рэкхем был верен и правде жизни. Он обладал прекрасной зрительной памятью, в основе всех его волшебных пейзажей – реальные картины: холмы и долины любимой Англии, а моделями для сказочных героев – не только фей, эльфов и гоблинов, но и кротов, лягушек, кроликов и пр. – служили обычные дети. Дочь художника вспоминала, как много раз позировала отцу. Он просил дочь принять какую-нибудь замысловатую позу, девочка терпеливо исполняла задание, но на бумаге изображалась не она, а какой-нибудь зверёк или сказочный персонаж.

Сохранить связь с детством, сберечь детскую веру в чудеса – это желание объединяло многих ведущих авторов и художников Великобритании той поры. И конечно, Рэкхем не мог пройти мимо двух легендарных произведений английской литературы – “Алисы в Стране Чудес” и “Питера Пэна”.

Взяться за иллюстрирование “Алисы”, почти сразу же ставшей неприкосновенной классикой детской литературы, где каноничным считался не только текст, но и иллюстрации Джона Тенниела, одобренные самим автором, – да это было почти святотатством! Друзья предостерегали Рэкхема, а торопливые критики предвещали позорный конец его начинания. Но и тех и других пугало не столько новое решение привычного художественного образа, разрушение столь важной для англичан традиции, сколько дерзкое действие художника, осмелившегося на собственный взгляд.

Однако первые же читатели встретили книгу с восторгом: “Ваша восхитительная Алиса такая живая! В сравнении с ней Алиса Тенниела кажется неповоротливой деревянной куклой”. Действительно, по сравнению со статичными рисунками Тенниела, иллюстрации Рэкхема радуют динамичностью, тонким юмором, весёлой игрой, обилием значимых деталей. Художник не только дал каждому персонажу “новое лицо”, но и переселил их в иную страну – тоже “Страну чудес”, но чудес более тонкого, деликатного свойства, более эфемерных, растворяющихся в потоке фантазии, как улыбка Чеширского кота. Прошло время, и ныне мы можем насчитать десятки, если не сотни (!) иллюстраторов “Алисы”. Но иллюстрации Артура Рэкхема отнюдь не отодвинуты на задний план, они по-прежнему живут и удивляют оригинальностью трактовки и мастерством исполнения.

Работа над сказкой Джеймса Барри о Питере Пэне стала для Артура Рэкхема настоящим подарком. Ведь и в нём жила душа маленького мальчика и до старости бурлили невероятные детские фантазии. “Питер Пэн” – это почти про него! Эта работа дала художнику возможность поговорить с читателями на очень важную для него тему – о хрупкости детства и в тоже время его значимости для каждого человека, о том, как память детства прорастает во взрослую жизнь. Данные темы на несколько десятилетий станут важнейшими для английской детской литературы и по праву будут считаться её главной отличительной чертой, “национальным наследием”.

Трепетное отношение к теме проявилось и в художественной стилистике этой работы: пожалуй, иллюстрации к “Питеру Пэну” одни из самых тонких и изысканных в наследии художника. Книга готовилась с величайшим тщанием: всё – от обложки и макета до оттенка бумаги, на которую наклеивались цветные иллюстрации. Рэкхем подготовил 50 цветных иллюстраций, они собраны в конце книги и образуют как бы отдельный альбом. Каждая снабжена цитатой, так что, просматривая рисунки, мы словно заново прочитываем книгу – теперь вместе с художником.

К чему только не придираются критики! Признавая, что новая работа – подлинный шедевр, поражающий виртуозным мастерством исполнения, некоторые сетовали, что “книга слишком хороша для детской” и наверняка останется в кабинете родителей.

Но Рэкхем никогда не шёл на уступки. “В годы, когда душа ребёнка особенно открыта новым впечатлениям и когда формируются критерии на всю жизнь, ему необходимо лишь самое лучшее (а оно не достаётся дёшево). Насаждение или хотя бы выбор искусства или литературы более низкого качества как пригодного для детей, – непоправимая ошибка, за которую придётся дорого расплачиваться”.

Артур Рэкхем был не только сказочным волшебником, но и смелым рыцарем детской книги, всегда готовым отстаивать её высочайшее предназначение. Он много размышлял о принципах иллюстрирования, о роли художника-иллюстратора:

“Чтобы иллюстрации получились стоящими, художник должен чувствовать себя партнёром, а не слугой. Иллюстрация может передавать то, как художник видит идеи автора, или его собственные независимые взгляды; но любая попытка превратить его в примитивное орудие в руках автора неизбежно приведёт к провалу. Иллюстрация столь же многозначна, как и литература. По-настоящему важно лишь взаимопонимание, которое исключало бы разногласия и противоречия. Иллюстратору иногда приходится договаривать то, что должен был, но не смог ясно выразить автор, а подчас и исправлять его промахи. Иногда от него требуется добавить свежести, чтобы оживить читательский интерес. Такое партнёрство весьма продуктивно. Но самая удивительная форма иллюстрирования – это когда художнику удаётся передать собственное восхищение и собственные эмоции от соответствующего отрывка текста”.

С годами слава художника росла. И неудивительно: ведь он не только проиллюстрировал практически всю сказочную классику – братьев Гримм, Х.К.Андерсена, Шарля Перро, английские народные сказки и стихи для детей, но и классику вполне взрослую – рассказы Чарльза Диккенса и Эдгара По, пьесы Уильяма Шекспира, Генрика Ибсена, либретто Рихарда Вагнера.

Но самой последней и, возможно, самой счастливой работой художника стала повесть Кеннета Грэхема “Ветер в ивах”. Когда-то Рэкхему предложили сделать самые первые иллюстрации к этой книге, но он был связан другим заказом и отказался. О чём сожалел всю жизнь. Книга вышла с замечательными иллюстрациями Эрнста Шеппарда, создателя знаменитого художественного образа Винни Пуха. Работа над “Ветром в ивах” дала Рэкхему возможность вновь обратиться к столь любимому им английскому пейзажу, ведь всё действие повести разворачивается на фоне природы, она здесь и действующее лицо, и скрытая пружина действия. Не случайно вдова автора повести, приглашая Рэкхема приехать и осмотреть “место действия”, писала: “Деревья по берегам реки удивительны, они так и просятся, чтобы их нарисовали, особенно когда опадут листья. Но если вы не можете ждать до осени, то приезжайте посмотреть на них, когда ветви одеты листвой”. Да, Артур Рэкхем не мог ждать. Жизнь подходила к концу. Недавно умерла его любимая жена, а теперь и к нему совсем близко подкрались болезнь и смерть. Он это знал. И торопился. Но работал в радостном упоении жизнью. “Вот бы и мне умереть под этими деревьями!” – как-то вырвалось у него. И вот закончен последний рисунок: Крот и Крыса собираются на пикник и грузят в лодку провизию. Но что это? Художник замечает, что забыл нарисовать вёсла. Мелочь! Он устал, у него уже не осталось сил. И всё же он снова берётся за кисть и исправляет упущение – даже самый последний рисунок не должен иметь изъянов. В его мире сказочных чудес всё должно быть “по правде”.

Каков же итог? Ещё при жизни Артур Рэкхем снискал богатство, пусть и не сказочное, и славу, почти фантастическую. Его манере подражали, у него учились и учатся до сих пор. Созданный Рэкхемом художественный мир вдохновлял знаменитого мультипликатора Уолта Диснея и великого театрального режиссёра Макса Рейнхардта. Но самое главное – сказочный мир Артура Рэкхема по-прежнему открыт для всех, и детей, и взрослых, в ком, вопреки реальностям нынешней рациональной жизни, жива потребность верить в чудеса.

© Ольга Мяэотс
По материалам статьи в журнале "Библиотека в школе". - 2010. - №9.

  en ru